В совре­мен­ной кли­ни­че­ской прак­ти­ке наблю­да­ет­ся устой­чи­вый инте­рес к небио­ло­ги­че­ским детер­ми­нан­там мета­бо­ли­че­ских нару­ше­ний. Резуль­та­ты мас­штаб­ных эпи­де­мио­ло­ги­че­ских иссле­до­ва­ний сви­де­тель­ству­ют о нали­чии ста­ти­сти­че­ски зна­чи­мой кор­ре­ля­ции меж­ду субъ­ек­тив­ным ощу­ще­ни­ем оди­но­че­ства и повы­ше­ни­ем веро­ят­но­сти мани­фе­ста­ции сахар­но­го диа­бе­та 2 типа. Соглас­но дан­ным мета­а­на­ли­за, про­ве­ден­но­го иссле­до­ва­тель­ской груп­пой под руко­вод­ством Ясмин Эззат­вар (Уни­вер­си­тет Вален­сии, Испа­ния) с уча­сти­ем чилий­ских кол­лег, обоб­щив­ше­го резуль­та­ты девя­ти про­спек­тив­ных когорт­ных иссле­до­ва­ний, сово­куп­ная выбор­ка соста­ви­ла 1 112 887 чело­век. В тече­ние сред­не­го пери­о­да наблю­де­ния, рав­но­го 11 годам, у 50 961 участ­ни­ка был диа­гно­сти­ро­ван диа­бет 2 типа. Ана­лиз пока­зал, что нали­чие чув­ства оди­но­че­ства ассо­ци­и­ро­ва­но с повы­ше­ни­ем рис­ка раз­ви­тия дан­но­го забо­ле­ва­ния на 32%, тогда как соци­аль­ная изо­ля­ция уве­ли­чи­ва­ет риск на 20%.

Эпидемиологический профиль одиночества

Рас­про­стра­нен­ность оди­но­че­ства как соци­аль­но­го фено­ме­на демон­стри­ру­ет устой­чи­вый рост в пост­ин­ду­стри­аль­ных обще­ствах. До нача­ла пан­де­мии COVID-19 доля лиц, сооб­щав­ших о пере­жи­ва­нии оди­но­че­ства, состав­ля­ла менее 11%, в насто­я­щее вре­мя этот пока­за­тель варьи­ру­ет­ся в пре­де­лах от 16 до 19% от общей чис­лен­но­сти насе­ле­ния. Струк­тур­ный ана­лиз выяв­ля­ет нерав­но­мер­ность рас­пре­де­ле­ния дан­но­го фено­ме­на сре­ди раз­лич­ных демо­гра­фи­че­ских групп. Наи­бо­лее высо­кая часто­та встре­ча­е­мо­сти фик­си­ру­ет­ся сре­ди лиц пожи­ло­го воз­рас­та, роди­те­лей, вос­пи­ты­ва­ю­щих детей без парт­не­ра, чле­нов семей, осу­ществ­ля­ю­щих дол­го­вре­мен­ный уход за тяже­ло­боль­ны­ми род­ствен­ни­ка­ми, а так­же сре­ди моло­дых людей в воз­расте от 18 до 30 лет. Ген­дер­ные раз­ли­чия про­яв­ля­ют­ся в более высо­кой под­вер­жен­но­сти жен­щин ощу­ще­нию оди­но­че­ства по срав­не­нию с муж­чи­на­ми. Допол­ни­тель­ным фак­то­ром рис­ка высту­па­ет мигра­ци­он­ный ана­мнез или ста­тус бежен­ца: лица, имев­шие подоб­ный опыт, демон­стри­ру­ют повы­шен­ную склон­ность к пере­жи­ва­нию одиночества.

Важ­но диф­фе­рен­ци­ро­вать вре­мен­ные фор­мы оди­но­че­ства, свя­зан­ные с кон­крет­ны­ми жиз­нен­ны­ми собы­ти­я­ми (утра­та, сме­на места житель­ства), от хро­ни­че­ско­го состо­я­ния, харак­те­ри­зу­ю­ще­го­ся посто­ян­ством и устой­чи­во­стью пере­жи­ва­ний. Интен­сив­ность субъ­ек­тив­но­го вос­при­я­тия оди­но­че­ства варьи­ру­ет в широ­ком диа­па­зоне, что обу­слов­ли­ва­ет слож­ность его объ­ек­тив­ной оцен­ки в кли­ни­че­ской практике.

Эмпирические доказательства связи 

Оди­но­че­ство и диа­бет 2 типа

В 2019 году в рам­ках иссле­до­ва­ния ста­ре­ния, охва­тив­ше­го более 4000 участ­ни­ков, было уста­нов­ле­но, что вли­я­ние оди­но­че­ства на риск раз­ви­тия диа­бе­та 2 типа сохра­ня­ет­ся на про­тя­же­нии дли­тель­но­го пери­о­да (более 12 лет) даже после ста­ти­сти­че­ской кор­рек­ции по таким фак­то­рам, как депрес­сив­ные рас­строй­ства, соци­аль­ная изо­ля­ция и пове­ден­че­ские при­выч­ки (осо­бен­но­сти пита­ния, уро­вень физи­че­ской актив­но­сти). Дан­ный вывод поз­во­лил иссле­до­ва­те­лям харак­те­ри­зо­вать оди­но­че­ство как неза­ви­си­мый фак­тор риска.

После­ду­ю­щие попу­ля­ци­он­ные иссле­до­ва­ния, по выра­же­нию экс­пер­тов, сфор­ми­ро­ва­ли «досто­вер­ную и убе­ди­тель­ную кар­ти­ну» устой­чи­вой ассо­ци­а­ции меж­ду пси­хо­эмо­ци­о­наль­ным состо­я­ни­ем изо­ля­ции и мета­бо­ли­че­ски­ми нару­ше­ни­я­ми. Ука­зан­ный выше мета­а­на­лиз, объ­еди­нив­ший дан­ные более 1,1 мил­ли­о­на чело­век, под­твер­дил коли­че­ствен­ные пара­мет­ры этой свя­зи. При этом соци­аль­ная изо­ля­ция, опре­де­ля­е­мая как объ­ек­тив­ное отсут­ствие широ­ко­го кру­га соци­аль­ных кон­так­тов, пока­за­ла более низ­кий, но так­же зна­чи­мый вклад в риск (уве­ли­че­ние на 20%).

Одиночество как фактор риска

Патофизиологические механизмы

Ней­ро­эн­до­крин­ная дисрегуляция

Для пони­ма­ния при­чин­но-след­ствен­ных свя­зей меж­ду оди­но­че­ством и раз­ви­ти­ем диа­бе­та 2 типа необ­хо­ди­мо рас­смот­реть пси­хо­био­ло­ги­че­ские меха­низ­мы. Клю­че­вым зве­ном высту­па­ет хро­ни­че­ский стресс, инду­ци­ро­ван­ный пер­ма­нент­ным ощу­ще­ни­ем соци­аль­ной изо­ля­ции. Хро­ни­че­ское стрес­со­вое состо­я­ние при­во­дит к стой­ким изме­не­ни­ям в функ­ци­о­ни­ро­ва­нии веге­та­тив­ной нерв­ной систе­мы. В част­но­сти, фик­си­ру­ет­ся повы­ше­ние часто­ты сер­деч­ных сокра­ще­ний, сни­же­ние вари­а­бель­но­сти сер­деч­но­го рит­ма (пока­за­те­ля, отра­жа­ю­ще­го адап­та­ци­он­ные резер­вы орга­низ­ма) и пре­об­ла­да­ние сим­па­ти­че­ско­го тону­са над пара­сим­па­ти­че­ским. Раз­ви­ва­ю­щий­ся дис­ба­ланс меж­ду сим­па­ти­че­ской и пара­сим­па­ти­че­ской иннер­ва­ци­ей явля­ет­ся одним из ран­них мар­ке­ров ней­ро­ве­ге­та­тив­ной дисфункции.

Парал­лель­но наблю­да­ет­ся устой­чи­вая акти­ва­ция гипо­та­ла­мо-гипо­фи­зар­но-над­по­чеч­ни­ко­вой оси (ГГН-ось), кото­рая выпол­ня­ет роль цен­траль­ной ней­ро­эн­до­крин­ной систе­мы регу­ля­ции стрес­са. След­стви­ем дан­ной акти­ва­ции ста­но­вит­ся посто­ян­ное высво­бож­де­ние кор­ти­зо­ла — глю­ко­кор­ти­ко­ид­но­го гор­мо­на, участ­ву­ю­ще­го в регу­ля­ции мета­бо­лиз­ма. При дли­тель­ном тече­нии хро­ни­че­ско­го стрес­са фор­ми­ру­ет­ся состо­я­ние, обо­зна­ча­е­мое как «при­туп­лен­ная реак­ция», при кото­ром сни­жа­ет­ся спо­соб­ность орга­низ­ма к адек­ват­но­му эмо­ци­о­наль­но­му и ней­ро­эн­до­крин­но­му отве­ту на ост­рые стрес­со­ры. Паци­ен­ты, нахо­дя­щи­е­ся в таком состо­я­нии, утра­чи­ва­ют спо­соб­ность к гиб­ко­му реа­ги­ро­ва­нию на реаль­ные стрес­со­вые ситу­а­ции, что усу­губ­ля­ет мета­бо­ли­че­ские нарушения.

Сово­куп­ность совре­мен­ных эпи­де­мио­ло­ги­че­ских и пато­фи­зио­ло­ги­че­ских дан­ных поз­во­ля­ет рас­смат­ри­вать оди­но­че­ство как неза­ви­си­мый и коли­че­ствен­но изме­ри­мый фак­тор рис­ка раз­ви­тия диа­бе­та 2 типа. Мета­а­на­лиз с уча­сти­ем более 1,1 мил­ли­о­на чело­век демон­стри­ру­ет уве­ли­че­ние рис­ка на 32% при нали­чии субъ­ек­тив­но­го ощу­ще­ния оди­но­че­ства. Пато­ге­не­ти­че­ски это реа­ли­зу­ет­ся через меха­низ­мы хро­ни­че­ско­го стрес­са, веду­ще­го к дис­ба­лан­су веге­та­тив­ной регу­ля­ции, гипер­кор­ти­зо­ле­мии и после­ду­ю­щей инсулинорезистентности.

Tags:
,

Похожие посты